***

    В сентябре 1941 года Советское командование решило высадить десант в районе села Григорьевки - на левом фланге румынских войск, штурмующих Одессу и перейти в контрнаступление, тем самым, улучшив общее положение осажденного города. Была сформирована десантная бригада, в которую вошел и эсминец "Фрунзе". Общее руководство операцией было возложено на командующего Черноморской эскадрой контр-адмирала Л.А. Владимирского.

    Ранним утром, 21 сентября, за несколько часов до основного отряда высадки, "Фрунзе" вышел из Севастополя. На его борту находился контр-адмирал Владимирский, направлявшийся в Одессу, чтоб уточнить обстановку и установить связь с сухопутными частями.

 

    Кораблем временно командовал капитан 3-го ранга В.Н. Ерошенко, командир лидера "Ташкент", находившегося в это время в ремонте. Он заменял командира "Фрунзе" капитан-лейтенанта П.А. Бобровникова, получившего ранение в предыдущем походе эсминца.

    На море стоял штиль и эсминец восемнадцитиузловым ходом, точно поддерживаемым машинной командой, приближался к Тендровской косе. Экипаж только что пообедал на боевых постах.Едва открылся Тендровский маяк, сигнальщик доложил, что замечен силуэт корабля и дым. Фрунзе" пошел на сближение, и вскоре с эсминца опознали канонерскую лодку "Красная Армения", подвергшуюся атаке немецких бомбардировщиков. Она была полузатоплена и горела, в воде вокруг плавали люди. Эсминец застопорил ход и спустил шлюпки, чтоб подобрать уцелевших моряков.

 

И тут снова появились вражеские бомбардировщики. Они прилетели добить канлодку, но, завидев эсминец, решили наброситься на него. Но "Фрунзе" уже успел отойти от шлюпок и развить полный ход, уходя в море.

Главное оружие корабля в таком бою - скорость и маневрирование. Звон боевой тревоги потонул в грохоте первых залпов зенитных орудий и пулеметов. Это заставило немецких летчиков изменить строй. За штурвалами "Ю-87" сидели асы из эскадрильи охотников за кораблями, специально переброшенной сюда с берегов Средиземного моря авиадивизии. 12 самолетов перестроились по три, и первая тройка с ревом бросилась на корабль...

 

***

    Вторыми под воду идем снова мы с Игорем Солоненко. Наша цель та же - машинное отделение. Подплыв к ходовому концу, делаем кувырок и уходим в глубину. Снова белой трассой уходит в толщу воды ходовой конец. Видимость сегодня хуже, течение несет взвесь, которая быстро пролетает перед стеклом маски. Перед нами появляются старые знакомые - первая турбина и главный конденсатор. Приземлившись на место, начинаем осмотр.

 

   Почти сразу замечаю круглое стекло в грунте: "Иллюминатор!" - подумал я. Протягиваю руку и, ухватившись за иллюминатор, тяну на себя. Подняв облако взвеси и песка, тот вырывается из дна и остается у меня в руках. Внимательно осматриваю находку: "Ба, да это же манометр!" Вот к нему подходит трехходовой краник, и кусок медной трубки - через них на прибор поступал пар. Когда - то он показывал давление пара в котлах, сейчас же он сплошь покрыт плотным панцирем ракушек, а внутренности за стеклом плотно забиты илом. Демонстрирую находку Игорю, и тот показывает одобрительный жест рукой. Откладываю находку на видное место и продолжаю поиск. Кусок уголка,

совсем изъеденного ржавчиной, какая-то труба, фрагмент обшивки с заклепками, еще труба.И вот, через несколько метров замечаем среди мешанины мелких обломков железа предмет необычной формы. Подплываем к нему и очищаем от наваленного металла, песка. Несколькими ударами специально прихваченного для этой цели молоточка, сбиваем образовавшуюся накипь и взгляду предстают слесарные тиски внушительного размера.Значит, мы попали в судовую мастерскую! Ухватившись руками за тиски и упершись ногами в дно, выкорчевываем слесарного мастодонта набок. Тиски

чрезвычайно тяжелы, и поднять их без лебедки нельзя, поэтому, очистив их от пластов ржавчины, откладываем находку в сторону. В яме, образовавшейся от тисков, замечаем аккуратно уложенные картофелины закипевшей ржавчины пополам с ракушкой. Взяв один такой предмет, ударяю его молоточком - толстая скорлупа образований рассыпается и в руках остается зубило. Беру из ямы еще одну картофелину - удар: в руках остается просечка для отверстий. Новый удар - появляется вороток для нарезания резьбы. Похоже, мы нашли верстак, где под тисками хранился бережно уложенный руками судового механика инструментарий.

 

    Заткнув находки за пояс, выбираемся к правому борту. Вот и иззубренные края борта, торчащие ребра шпангоутов. Продвигаемся чуть в нос и видим перед собой насос, соединенный через муфту с электродвигателем. Корпус двигателя, приводившего насос во вращение, стальной и сплошь покрыт пушистым, ярко-рыжим покрывалом ржавчины. Поддеваю ножом прикрепленную к корпусу табличку и, очистив пальцев латунную поверхность, читаю: "НКТП Харьковский Электромех. Завод ХЭМЗ им. тов. Сталина".

 

    Пора выходить на поверхность. Прихватив наши трофеи, - инструменты и манометр, всплываем. На поверхности ребята принимают из наших рук находки, и сразу же на палубе разворачивается импровизированная реставрационная мастерская. Манометр бережно разобрали и промыли в ведре с чистой водой. Стальной циферблат манометра и стрелка сгнили за 50 лет пребывания в морской воде, превратившись в плотную, комковатую массу. Сама же рабочая трубка, тонкая пружина стрелки, корпус манометра, выполненные из латуни, великолепно сохранились.

 
 
 
Подлинный автограф Бобровникова   Подлинный автограф Ерошенко
Командир "Фрунзе" Бобровников П.А.   Ерошенко В.Н.
 
 
  Канлодка "Красная Армения"
 
 
Манометры из машинного отделения  
 
 
  Находки из машинного отделения
 
 
     
 
 
 
 
 
 
  Назад, к первой части статьи "ЧЕРНОМОРСКИЙ  ВАРЯГ" Статьи о "ФРУНЗЕ" Продолжение статьи  "ЧЕРНОМОРСКИЙ  ВАРЯГ"